Людмила Петрановская: "Как цель «быть счастливым» может сделать нас несчастнее" • Школа родительства «Большая Медведица»

Когда мы требуем от себя быть счастливыми, то сдвигаем точку нормы.

Нашим проводником по ощущению счастья будет психолог Людмила Петрановская.

Приглашаем пройти по следам второй лекции из онлайн-цикла «Головоломка. Как подружиться со своими эмоциями и научить этому ребенка». А перед «прогулкой» кратко напомним→

До 31 марта на цикл действует скидка -50% по промокоду MART 

***********

Природой все продумано, или Зачем мы чувствуем то, что чувствовать не хотим

Все чувства, которые есть, преследуют какую-то цель, они все эволюционно оправданы.

Какое назначение гнева?

Он обеспечивает защиту своей территории, своих прав, своих интересов. Гнев означает: на нашу территорию залезли, наши права нарушены.

Если мы запретим ребенку испытывать гнев, если будем ругать за то, что он испытывает, если начнем насаждать назойливо, что все вокруг добренькие, миленькие, приятненькие и улыбаются, мы ничего хорошего для ребенка этим не сделаем.

Сейчас есть мода, которая развита, скорее, в европейских школах и постепенно уходит (поняли, что это не очень хорошо), на нулевую толерантность к агрессии ―  когда действует полный запрет на драки, на проявление любой агрессии. Все должны быть дружными, приятными, добрыми, терпимыми.

Для того, чтобы быть терпимым, добрым и понимающим, нужно пройти определенный путь. Нужно познакомиться со своей агрессией, узнать ее, перестать ее бояться, научиться ею управлять, научиться находить для нее приемлемые формы.

Только тогда уже можно прийти к состоянию, когда мы понимаем, что люди редко хотят плохого. Что, если они хотят делать то, что нам не нравится, то, скорее всего, «ничего такого» не имеют в виду.

Это путь. Нельзя просто запретить маленькому ребенку злиться и все. Нельзя просто сказать: «Прекрати злиться, будь добрым, будь милым. Все вокруг хорошие». Так не работает.

Чтобы мы получили реально терпимого, толерантного, выдержанного человека, он должен пройти свой путь.

Он должен со своей агрессией познакомиться и научиться справляться. И в этом ему должны помогать взрослые.

А что с чувством страха?

Чувство страха ― крайне неприятное переживание. При этом понимаем, что, если бы человечество было лишено чувства страха, мы бы здесь не сидели, нас бы съели уже всех давно.

Чувство страха позволяет нам избегать опасности, понимать, с чем иметь дело, с чем ― нет.

Другой вопрос, что страх выходит из-под контроля. Мы часто боимся в тех случаях, когда ничего реально не угрожает.

В итоге происходят ситуации, когда именно за счет человеческого мозга, силы нашего воображения, аппарата, который формирует память и опыт, то, что эволюцией было сделано для нашего блага, начинает служить нам во зло. Когда, испугавшись один раз, мы начинаем бояться во всех сходных ситуациях.

Чувство печали, чувство утраты, горя

Мы хотели бы, чтобы наши дети были спокойны, веселы и никогда его не испытали. Но:

 чувство утраты ― это чувство, которое призвано адаптировать к изменениям.

Когда у нас что-то было, но мы больше не можем это получить. Когда у нас была какая-то цель, но она не может быть достигнута.

Наша психика должна как-то выйти из этого состояния, должна как-то адаптироваться к той реальности, которая есть. И чувство грусти, чувство утраты как раз выполняют эту роль адаптации. Выводят из мобилизации, заставляют расслабиться, отпустить ситуацию и принять реальность такой, какая она есть.

Если мы запрещаем ребенку грустить, горевать, расстраиваться, если мы сразу пытаемся его развлекать, ублажать, отвлекать («Вот птичка полетела!», «Иди мороженое куплю» и т. д.) ― мы не даем возможность ему сформировать этот очень важный навык проживать разочарование, проживать утрату, проживать фрустрацию через слезы, грусть, печаль, расслабление и таким образом адаптироваться к новой реальности.

Чувство отвращения

Доставляет родителям очень много проблем. Особенно бабушкам, которые любят кормить внуков.

У детей еще мало опыта и бывает очень парадоксальное чувство отвращения.

У них может не быть отвращения к окурку, который они подняли на тротуаре, но может быть много отвращения к такому полезному овощному пюре.

Нам не нравится, когда ребенок плюется едой, когда реагирует «кислой миной» на суп, который мы ему приготовили из полезных овощей.

Чувство отвращения не разумно пока, но крайне полезно.

Это то, что позволит ребенку не брать всякую гадость не только в рот, но и в свою жизнь, в свое сердце, в свои чувства.

Испытывать здоровую брезгливость к чему-то, что может быть токсичным, ядовитым в переносном смысле.Токсичные отношения, токсичные чувства, токсичные организации, в которые он может попасть. Хорошо развитое отвращение, контакт с ним, даст ребенку понять, что оттуда нужно уходить, оставаться нельзя.

А какое эволюционное значение у скуки?

Низкая плотность информационной среды ― знак того, что ты мы развиваемся, не ориентируемся в окружающем пространстве, теряем время, которое нужно тратить на поиск каких-то ресурсов для выживания или для продолжения рода.

Поэтому, если мы ничего не делаем, если нам скучно, возникает чувство тревоги, неспокойствие, что нужно что-то сделать, как-то измениться. Добыть себе новых раздражителей и стимулов.

А, уж, лень ― эволюционно понятная «штука». Если бы нам не было лень, мы бы не изобрели ни колеса, ни интернета. Сами на себе отнесли бы, если не лень. Сами сходили бы, передали словами, если не лень. А если лень, то начинаем думать, как так сделать, чтобы самим не носить, ищем варианты сделать по-другому.

Лень ― двигатель прогресса. Так и есть:)

_______________________________

Очень важно, чтобы взрослые понимали: все те чувства, которые мы называем «плохими», абсолютно необходимы и эволюционно обусловлены. Мы должны быть благодарны за то, что они есть. И неправильно было бы загадывать желание, чтобы у нашего ребенка никогда их не было, чтобы он их не чувствовал.

Эти чувства составляют для нас проблему, когда нам жалко ребенка или мы злимся в ответ на его гнев, или переживаем, что в отвращении он не ест то, что мы хотели бы. Но отсутсвие этих чувств было бы гораздо большей проблемой.

Поэтому:

наша задача не в том, чтобы ребенок перестал их чувствовать, а в том, чтобы они становились с возрастом все более разумными.

Чтобы ребенок осваивал социально приемлемые формы их выражения, наводил тонкую калибровку этих чувств.

― Что действительно я чувствую?

― Я сейчас это не хочу есть, потому что правда «фу противно» или потому что я никогда не пробовал, немножко опасаюсь и лучше не буду?

Давая возможность ребенку знакомиться с чувствами, без давления, но подчеркивая, что мы понимаем эти чувства, что эти они оправданы, разумны в своем роде, мы даем помогаем ребенку провести эту тонкую калибровку.

_______________________________

А что со счастьем?

По поводу счастья взрослых людей проводилось интересное исследование.

Результаты показали: люди, которые в жизненных целях на первые позиции ставили чувство счастья («быть счастливым»), в реальности часто оказывались со сниженным настроением.

Трудно понять, что есть причина, а что следствие таких наблюдений. Возможно, такие люди уже так «задолбались» со своим сниженным настроением, что захотели какого-то счастья. А возможно и такое→

Когда мы требуем от себя быть счастливыми, то сдвигаем точку нормы.

Перестаем радоваться каким-то небольшим вещам, постоянно придирчиво всматриваемся в себя, достаточно ли мы счастливы. Или на своего ребенка внимательно смотрим, достаточно ли он уверенный и радостный. Таким образом ни радости, ни счастья не добавляем в общем в целом.

Поэтому, если  у вас в голове есть неосознанно усвоенное деление эмоций на хорошие и плохие, на желательные и нежелательные, подумайте, как с этими убеждениями можно взаимодействовать.

С детьми, например, можно в том числе говорить о том, что даже непросто переживаемые чувства нужны, о том, насколько они полезны и как без них было бы грустно.

_______________________________

Какие темы еще обсуждались на лекции

За 1.5 часа мы не только на практике и примерах убедились, насколько велика и важна палитра эмоций, но и подробно разобрали →

По какому принципу работают проговаривание эмоций (своих и ребенка) и различные письменные практики.

Насколько управление эмоциями генетически обусловлено, ведь дети-сангвиники и дети-меланхолики ведут себя по-разному.

6 «нет»: чего не нужно делать, если мы хотим помочь ребенку справиться с сильными эмоциями.

В каких случаях проговаривание эмоций ребенка, когда ему плохо, не только не помогает, но вызывает с его стороны дополнительную агрессию или усиливает замкнутость (обсудили ситуации и про детей раннего возраста, и про подростков).

Какой простой способ помогает улучшить собственный эмоциональный интеллект и как помочь ребенку развить тонкость восприятия чувств, чтобы он научился лучше понимать себя и других.

В чем причина, что поведение ребенка не всегда соответствует его эмоциям и как в таком случае реагировать родителям.

Где проходит грань между здоровыми чувствами и расстройствами эмоциональной сферы.

Отдельный блок лекции Людмила Владимировна посвятила особой теме ― как помогать ребенку и себе справляться с сильными эмоциями, проживать их без саморазрушения. Вместе с автором мы до нюансов разобрали правила и ошибки «контейнирования».

Если тема интересна, актуальна, присоединяйтесь к слушателям Цикла Людмилы Петрановской об эмоциях!

и использовать промокод MART до 31 марта

Хочу. Могу. Делаю. Романова-Африкантова