Как я не схожу с ума с детьми • Школа родительства «Большая Медведица»

Мои дети, особенно старшая, часто творят черти что. И конечно от этого хочется орать, визжать, иногда провалиться, например, в Австралию, и вернуться, когда все закончится, и ну почему-почему-почему мне выдали такого ребёнка и зачем я вообще вышла сегодня с ней из дома, в общественный транспорт, кино, кафе – нужное обвести.

Так вот рассказываю, как я переживаю это все и не схожу с ума.

Как я не схожу с ума с детьми Фото: Ольга Павлова
Фото: Ольга Павлова

В психологии есть такой термин “диссоциация”. Это когда человек воспринимает происходящее с ним, как будто оно происходит не с ним. Очень удобная штука, если научиться включать и выключать ее по необходимости. Особенно если это не настоящая диссоциация, а просто способ быть Карлсоном вместо Халка.

Вот, например, как-то мы ехали в троллейбусе. Аня в троллейбусе – это особый жанр. Больше всего хочется подойти, навопить, схватить за волосы и сказать, что больше я никогда, никуда и ни за какие коврижки с тобой ездить не буду, потому что это, мать твою, просто небезопасно.

Но я сижу и про себя повторяю, что Аня сейчас висит на перилах, как на турнике и катается с колеса, как с горки, а ее мама пытается усмирить рвущуюся на свободу Еву после двух часов безудержного грудного вскармливания, а весь троллейбус, конечно же, на них смотрит.

В этот момент водитель по громкой связи объявляет:
– Женщина, успокойте своего ребенка!

И я продолжаю про себя:
“Водитель обращается с просьбой к маме успокоить своего ребенка. И что делает мама? А мама встаёт и громко говорит: “Разве можно вести троллейбус с таким ребенком? Совершенно нельзя вести троллейбус, когда ребенок так себя ведёт. Остановите, пожалуйста, мы выйдем”.

Мне кажется это очень смешным решением, поэтому я так и делаю. И для убедительности нажимаю на кнопку.

Троллейбус, правда, почему-то не останавливается, а доезжает до следующей остановки, где мы с Аней благополучно вываливаемся, и я ее заставляю сделать 10 кругов вокруг остановки, перепрыгивать лужу, и отказываюсь с ней ехать, пока она не устанет. Конечно, педагогический эффект был бы лучше, если бы нас высадили сразу и мы бы топали пешком километр, но так тоже ок.

Ещё помогает вести письменную хронику событий правильному собеседнику. Правильному – это тому, кто будет выдавать верную реакцию. Например, муж на 12 году семейной жизни научился-таки реагировать как надо, то есть молча или просто не читать. Не самый лучший вариант, но годится.

Ещё хорошие варианты ответной реакции:
– Оу.
– Треш.
– Блин.
– Сочувствую.

Плохие варианты:
– Опять?
– А зачем ты поехала с ней на троллейбусе?
– А ты не хочешь отдать ее в сад?

Если у вас нет знакомых, кому можно писать, в принципе, хороший вариант, писать незнакомым.

Ответы:
– Кто Вы?
– Вы ошиблись номером.
– Я вас не знаю.

Или просто отсутствие ответа – тоже подходят.

На худой конец всегда есть evernote, notes, catch и прочие программы. Мозг перезагружается, и ему приходят в голову нестандартные решения.

Ольга Коровякова, сооснователь Школы осознанного родительства «Большая Медведица»